Дед Хасан: первая война

rutelegraf.com продолжает публиковать расследование о «воре в законе» Аслане Усояне — одной из самых значимых и противоречивых фигур в криминальном мире за последние 15-20 лет. В прошлой части публикации мы рассказали о том, как Аслана Усояна выживали из Санкт-Петербурга. Для этого на него завели дело о незаконном хранении оружия. Одновременно в московской квартире Деда Хасана был проведен обыск, по уголовному делу, возбужденному в Ставропольском крае. Деда Хасана и другого «вора в законе» Рудольфа Оганова (Рудик Бакинский) подозревали в создании ОПГ и организации ряда убийств.В столичном жилище «законника» оперативники изъяли около двух килограммов золота в слитках и 380 тыс. долларов США. Выйти на свободу и замять уголовное дело в Санкт-Петербурге Усояну стоило не малых сил и средств. В Ставропольском крае, благодаря своим связям, «вор в законе» решил все проблемы без особых хлопот. Почти сразу после освобождения у Деда Хасана начали портиться отношения с Григорием Казаряном. Как рассказал источник rutelegraf.com в правоохранительных органах, Казарян стал подозревать, что люди «вора в законе», в том числе его сын Нодар приворовывают товар, который Казарян, в свою очередь, украл у бизнесменов. В 1997 году «авторитет» высказал Усояну все накопившиеся претензии, а через год его застрелили. В том же 1997 году Дед Хасан попадает в поле зрения спецслужб в связи с расследованием убийства вице-губернатора Михаила Маневича. «Вор в законе» пытался принимать участие в приватизации ряда объектов, а как раз за это направление в мэрии отвечал Маневич. К тому же в этот период времени у Усояна началась ожесточенная война с Рудольфом Огановым, унесшая множество жизней. В результате Усоян практически отказался от посягательств на Санкт-Петербург, ограничившись уже завоеванными позициями и смотрящим в лице Кости Могилы. Впрочем, и с ним Дед Хасан в итоге рассорился. В какой-то момент Константин Яковлев решил, что в криминальном мире он фигура не меньшая чем Усоян и вполне может обойтись без такого опекуна. Между ними стали все чаще возникать конфликты, пока они не разругались окончательно. Дед Хасан стал отправлять в Санкт-Петербург следить за своими интересами «вора в законе» Владимира Тюрина. Как-то Тюрик и Могила встретились в питерском аэропорту. Завязалась словесная перепалка, закончившаяся тем, что Яковлев попросил Тюринам передать Хасану, что в Питере без всяких смотрящих Усояна разберутся и никого присылать в город не надо. Тюрик эту фразу передал, а вскоре Могилу застрелили.

Как рассказал источник rutelegraf.com, первая серьезная криминальная война у Деда Хасана произошла еще в 1993-1994 годах с «вором в законе» Ильей Симонией (Махо). Истоки этого конфликта относятся к концу 80-х годов, когда Симония отбывал срок в колонии в городе  Тулуне Иркутской области. Там у него возник конфликт с Вячеславом Иваньковым. Махо не хотел признавать влияния Япончикаи и настраивал против него других заключенных.

А Иваньков, в свою очередь, отказывался считать Симонию «вором в законе», поскольку он в молодости состоял в ВЛКСМ, а титул якобы купил. Когда оба вышли на свободу, война продолжилась.  Махо осел в Иркутской области, занял лидирующие позиции в местном криминальном мире. Япончик стал короновать «авторитетов» из этого региона, способных противостоять Симонии, а последний их последовательно убивал. Тогда Иваньков вместе со своим приятелем Асланом Усояном начал работу по дискредитации Махо в «воровском мире». Его позиции начали быстро ослабевать, Симония попытался добиться встречи с Дедом Хасаном в Санкт-Петербурге, но тот просит его прибыть на сходку в Москву. Она проходила в ресторане «Мизури», а участие в ней принимали Усоян, Шакро, Тюрик и еще с десяток «законников». Все они почти единогласно (против был только  «криминальный генерал» Вахтанг Эхвая)  решили лишить Махо воровского сана, обвинив его в необоснованных убийствах и не воровском поведении. Окончания мероприятия Симония дожидаться не стал. После предъявления претензий, он с кулаками накинулся на Деда Хасана, а потом ушел.

            Впрочем, сдаваться Махо не собирался, он начал искать поддержку среди других «законников» и нашел таковую. Долгое время многие «криминальные генералы», в том числе Тариел Ониани (Таро),  отказывались признавать его раскоронацию. В 1994 году Таро и Махо как-то встретили в одной из гостиниц Деда Хасана. Они начали выяснить с ним отношения. На что Усоян бросил, что такого «вора», как Махо он больше не знает. Симония опять попытался затеять драку с Дедом Хасана. А вскоре в Иркутске начался отстрел близких Махо людей. В частности был убит «вор в законе» Паат Гудашаури, по кличке скот Тбилисский. 28 августа 1994 года Махо вместе с Эхваей ехали на «Жигулях» в Сочи, когда по ним открыл огонь автоматчик. Гангстеры получили ранения, а их водитель погиб. После этого Симония ушел в подполье, редко появляясь на людях. В 1996 году он было попытался вернуться в Иркутск, отправив для начала туда двух своих гонцов – «законников» Давида Хмиадашвили и Бакури Каландадзе. Но их сразу же расстреляли. Дед Хасан уничтожать своего врага Махо не стал, предпочтя растоптать его морально. Усоян добился, что бы почти все «воры» признали «раскоронацию» Симонии, его отодвинули от финансовых кормушек, от него отвернулись большинство коллег. Как рассказал источник rutelegraf.com, в результате в криминальной иерархии Симония опустился на самый низ. Вначале ему разрешили совершать в Иркутске нападения на водителей-дальнобойщиков. Потом он перебрался в Москву, где влился в банду борсеточников. Причем даже в ней Махо был в самом низу – он являлся водителем у бандитов, выхватывающих сумочки. В 2010 году его задержали, как рядового участника банды борсеточников.       

Продолжение следует

 

Тарас Мозгов

Тим Мальком

 

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *